У всех с кем полемизировал в недавнем посте об уместности призывов к личной жертвенности и кто, действительно, ощущает за собой право на это дерзновение (воевал, сидел, проявлял иного рода мужество, в том числе в стоянии за веру), искренне прошу прощения за возможную неправоту, поскольку, скорей всего, таким же мужеством и дерзновением не обладаю.