«Чистка центров от человеческого мусора — дело необходимое, но засорение мусором провинции едва ли полезно, ибо провинция своим хламом достаточно богата» (письмо А.М.Горького Постышеву 13.IV.1935).

Ну, типа лучше и проще сразу расстреливать, чем «засорять» провинцию. А она и впрямь «засорялась»: и зеками, и конвоирами, и ссыльными, и вертухаями. Тот же, к примеру, С.Фудель так и был обречен жить за сотым километром рядом с епископом-исповедником же Афанасием Сахаровым. Вот только в прок ли России пошли эти «засоры»? Провинция осталась провинцией, особой просвященности от соседства с «духовным элементом» не приобрела. Тот же Фудель или Сахаров (Афанасий) оставались для этой провинции, скорее, чужеродным элементом, тerra Incognita, волей совдепии территориально (но не по сути!) перемещенными. Ассимилировать христианских исповедников провинция не могла, стать самой вполне христианской — тем более. Так что зря Ляксей Максимыч волновался — советская провинция, действительно, столь сильна и непоколебима своей водкой, табаком и природным хамством, что никаким столичным «мусором» ее не одолеть.

Смотреть дальше…

Очень часто современный человек бывает озабочен попыткой найти некие конкретные причины собственных бед. Или, иначе говоря, те причинно-следственные связи, обстоятельства или даже собственную вину, которая довлеет над ними или, часто, над его, к примеру, детьми. Так и можно услышать на исповеди: мол, никак не пойму, за что именно все это мне, за что это моей дочери, почему они, дети, так себя ведут и т.д., в чем именно моя вина? Может, конечно, быть и есть конкретная вина, но может быть и «вина» общечеловеческая – адамова, то есть. К примеру же, если задуматься, а что успели такого натворить те же Адам и Ева, помимо того, что разорвали отношения с Богом и оказались на земле предоставлены сами себе? Никого еще не убили, ничей банк не ограбили, тогда как их первые дети Авель и Каин рождаются столь разными: жертвы Авеля угодны Богу, а Каин уже таит в своем сердце черную зависть и становится братоубийцей (что характерно, первая смерть на земле входит в этот мир именно что насильственным образом). Вот, Адам с Евой тоже могли бы спросить: а за что это нам, за что Каин родился таким злым, почему Авель пострадал невинно? Однако причина тогда была только одна: грехопадение вообще, уход из Рая, разрыв отношений с Богом.

Любовь Бога к нам, любовь самого Христа не подсчитывает и не клеймит человеческие немощи. Апостол Петр, его отречение, прощено Господом через исповедание-вопрошание, есть ли в апостоле ответная любовь. Разбойник благоразумный вошел первым в Рай за свое исповедание Христа на кресте. А ведь Господь ничего более от него не потребовал (ни списка всех грехов, что было уже и не возможно, ни какого-либо развернутого «Символа веры», который был выражен в паре фраз, что, мол, «достойно по делам приемлем» и «помяни, Господи…») То есть, от человека, казалось бы, всего-то и требуется, что встречное движение веры и любви ко Христу и смиренное осознание своего не достоинства пред Богом. Увы, часто и для многих это оказывается крайне трудным. Вероятно, еще и потому, что мы склонны к осуждению, злословию и счёту с ближними – к качествам, которые противоположны любви Христовой.

Будучи на записи одной телепередачи, в качестве оппонентов повстречал неких представителей современного «научного атеизма» (что интересно, довольно молодые люди). Интересно и то, что они вовсю оперировали понятием «духовность». Правда, на мое пожелание дать определение этому понятию с их атеистической точки зрения, так и не смогли этого сделать. Ну, ясно дело, что, как правило, неверующие понимают под духовностью: культура, там, поэзия, лирика, мечты-искания и т.д. и т.п. Хотя, по сути, это душевность, а не духовность в собственном смысле. Хотя и от понятия «душевность» честным атеистам стоило бы отказаться, потому что с той же атеистической точки зрения души бессмертной у человека быть не должно. Нет же: талдычат и про душу и про «духовность» тоже, хотя духовность происходит от понятия «дух», а последнее понятие, как не крути, прямо связано с Богом. В общем, атеизм как таковой вещь спекулятивная: вроде как дерзает отрицать существование Бога, но, в то же время, не может отказаться от понятий, так или иначе к Богу восходящих.

«Говорю, что если хорошо Вам покопаться, прочитайте Евангелие, там есть следственные документы, свидетельствующие о том, что апостол Пётр трижды отказался от Спасителя. Трижды. У него нужно отнять ключи от Царствия Небесного и снять его с первоверховных. Также Патриарху я написал о разбойнике, если бы они достали следственный материал разбойника, которому Христос сказал «первым будешь в Раю», то они его бы спустили в ад».

Здесь: http://www.dimitrysmirnov.ru/blog/cerkov-9268/

У того же Тарковского в «Сталкере» главный герой является апостолом зоны. Но, интересно, что в предпоследнем варианте сценария, а так же и в первом съемочном варианте, загубленном из-за брака плёнки, сталкер был, скорее, бандитом-животным, который во время путешествия и в общении с писателем и ученым начинает духовно пробуждаться. Вероятно, не случайно Тарковский произвёл такую решающую перемену замысла: при всём общем мировом кризисе «гуманизма» и т.д. – дело не в том, насколько способно пробудится «животное», но в том, а есть ли ещё апостолы? (Если есть, то и животное может пробудиться) Представляется, что таковые в том или ином качестве есть всегда, во все времена, просто выглядят и слышатся по-разному. И ещё. Будучи недавно в Оптиной пустыни, купил там книгу об оптинских исповедниках (начала-середины ХХ веке) и был поражен предисловием за авторством игум. Дамаскина Орловского. Суть предисловия в том, что, мол, невод, заброшенный Господом в ХХ веке в России, вероятно, имел гораздо меньший улов, чем кажется. Орловский говорит о том, что настоящими святыми мучениками являются только те, кто безусловно устоял на допросах в НКВД и т.д. При том, что доказательством этого служат те же протоколы из архивных недр этой спецслужбы. Один из ныне здравствующих исповедников того времени, прошедший немало допросов и лагерей, после недавнего разговора с данным игуменом сказал, что «у меня полное ощущение, что я говорю со следователем НКВД». В общем, такого рода современный «духовный» ригоризм мне представляется и ошибочным и губительным. Этот ригоризм забывает о евангельском разбойнике благоразумном, для которого его крест был вполне заслуженным по его делам, но за его покаяние в последние минуты жизни, первым ввел его, разбойника, в Царство Небесное. Если же за самого Господа судить-рядить, каков размер улова Его же невода, это уже покушение на суд и милость Христовы. Мне же представляется, что в целом истинно апостольского, мученического и исповеднического, Христа ради, в истории и судьбе нашего народа куда больше, чем этого самого беспробудно животного.

Андрей Тарковский в одном из разговоров сказал о своем «Сталкере»: «Это история крушения идеализма в XX веке. Ситуация, при которой два безбожника-интеллектуала уверяют одного верующего человека, что ничего нет. А он остается со своей верой, но совершенно посторонним в этой жизни, как бы ни при чем, понимаешь?.. В полном говне и еще говорит „спасибо“…»

Алексей Герман: «Вот Анну Ахматову волновало, как встретятся Россия, которая сидела, с Россией, которая сжала. А потом выпустили людей, все встретились. Ну что было бы в другой стране? Наверное, резня, а у нас – все сказали «спасибо большое», и все. Вот такие мы…»