Все записи автора iereys

«вы дайте им есть»


Все же Христос не зря говорит своим ученикам — прежде, чем чудесным образом насытить несколько тысяч человек: «вы дайте им есть» — «Они сказали: у нас нет более пяти хлебов и двух рыб; разве нам пойти купить пищи для всех сих людей?» (Лук.9:13) Получается, что забота о насыщении в идеале должна осуществляться не чудесным только образом, но — элементарной заботой и трудом учеников Христовых. И речь может быть не только о хлебе, как земной пище, но и об утолении духовной алчбы и жажды. Верующие во Христа должны уметь даровать жаждущим пищу духовную — при чем на элементарном земном житейском уровне, а не только с упованием на чудесную помощь Божию. У нас же все как-то модно говорить, типа, «Бог поможет», «Господь все устроит»… И это действительно так — Бог помогает, устраивает, порой — именно что чудесным образом. Можно сказать, что Господь вынужден делать и устраивать то, что мы не можем, не в состоянии, не в силах… Это даже как-то стало привычным среди христиан: взваливать все на Бога — даже то, что должны были бы делать мы сами… К примеру, я уже пять лет занимаюсь радиопрограммой «Благовещение», и все это время в плане финансовом и техническом данный проект существует просто чудом, поскольку ни храм, ни патриархия, ни какие-либо еще общецерковные структуры не в состоянии полноценным образом собственные СМИ содержать. В то время как очевидно, что в современном мире электронные и мультимедийные СМИ в первую очередь и являются пространством для апостольской проповеди о Христе Воскресшем. Однако большинству современных христиан это не вполне понятно, почему и элементарное свидетельство веры в современном мире осуществляет себя чудом, а не в качестве долга каждого христианина…

«По умолчанию..».

В притче о брачном пире (Мф. 22, 1 — 14), где Христос говорит, что "много званных, но мало избранных", есть такой момент, на который стоит обратить внимание: это молчание проникшего на этот пир не в брачной одежде. Почему Сам Христос обращает наше внимание на то, что обличаемый молчит? Возможно потому, что ему нечего сказать, и это характерно. Этот своего рода самозванец даже не пробует оправдаться. Он не говорит, к примеру: " Господи, прости, я зашел по ошибке, не ведая, что творю", он не пытается хоть как-то воззвать к гневающемуся царю с просьбой о милости. Похоже, что он вообще не понимает о чем речь, в чем он не прав. Но ведь для большинства живущих в традиционном обществе должно быть вполне понятно, насколько опасно прогневать какого бы то ни было земного царя… А вот нарушать бытийные законы, данные Царем Небесным, это почему-то человеку вообще не кажется чем-то особенным. Порой человек живет так, словно бы этих законов нет, а есть только те, которые он сам себе (что называется, по умолчанию) определил — и это кажется человеку вполне нормальным, даже если это входит в полное противоречие с законом нравственным. То есть, не видится даже необходимости в оправдании, в помиловании. Типа, я человек хороший, никому зла не делаю. "Бог у меня в душе". Или фарисейский вариант: пост соблюдаю,  раз в неделю в храм хожу, три канона прочитал, какие еще ко мне претензии, какая еще брачная одежда? Тогда как можно сказать, что в чисто духовном смысле брачная одежда на царском пиру это одеяние благодати Божией. Формальным или видимым образом можно как будто присутствовать на пиру и даже думать, что находишься здесь по праву, но — по сути — оказаться самозванцем, и даже не найти слов в оправдание, когда тебя вдруг обличил сам устроитель  пира.
Здесь стоит добавить, что опасность ада есть еще сама "по умолчанию" не способность, не желание находиться в общении с Богом, полная герметичность по отношению к благодати, самодостаточность, когда человек вообще не понимает о чем речь, о какой-такой брачной одежде… Он просто зашел поесть, утолить только земной голод, а до всего остального нет никакого дела, потому и сказать этому персонажу нечего… Он и молчит…

ОСЕННИЕ ЗАМЕТКИ О ЛЕТНИХ ВПЕЧАТЛЕНИЯХ

Местность, где летом отдыхает наше семейство, типичная суздальская Русь — граница Владимирской и Ивановской области. Точнее, маленькая деревенька на этой самой границе, среди лесов и бездорожья. Бездорожье объясняется еще и тем, что дороги заканчиваются, как со стороны одной области, так и со стороны другой. До революции, говорят, в этой деревне было около шестидесяти дворов и до трехсот человек жителей. Сейчас — около десятка домов, а коренных жителей, которые жили бы постоянно, не осталось никого, только — дачники. Последний из коренных умер года назад, упав в пьяном виде с русской печи и сломав шею и ребра. Интересно, что несколько лет до этого он не пил, держался, а тут оформил, наконец, инвалидность — и на радостях решил отметить. Ныне круглый год в нашей деревне живет только брат мой жены вместе с семьей — сдает в Москве две квартиры, держит коз, гусей и обрабатывает огород. Благодаря именно ему, дома в деревне зимой не обворовывают под чистую. Однако коренным жителем он тоже не является.

Читать далее

Без скорби…

Вот пример истинного христианства:

 

«Сколько зависело от меня, — я никогда не засыпал со скорбью в сердце моем на кого-либо, и никому не допустил заснуть с какой-либо скорбью на меня» (Авва Агафон).

 

Боже, как мы далеки от такого внутреннего и внешнего устроения!..  В том числе и здесь – в этом самом ЖЖ…

Печаль печали рознь…

«Не бывает без печали ни грешный, ни праведный, но первый печалится о том, что еще не совсем отстал от греха, а второй о том, что еще не овладел всем добром» (Илия Екдик).

 

     А еще, наверное, можно печалиться о том, что и от греха не отстал и желаемым добром не овладел… Это какое-то вполне современное наше «христианское» состояние: вроде и хотелось бы идти за Христом и, одновременно, особо не напрягаться, иметь то да се… Но Господь ясно говорит в Евангелии, что невозможно служить Богу и маммоне. Отсюда и печаль — из-за невозможности совместить несовместимое…

КАЛЬМАРЫ

(реальная история)

На нашем приходе, как и на других современных приходах, существует такая благочестивая традиция: Великим постом по воскресным дням подавать в трапезной на обед, как это принято еще и у греков, морепродукты. Ну, например (или — чаще всего), кальмары… Не то чтобы я очень уж эти самые кальмары люблю, но — как говорится — мелочь, а приятно. В особенности, когда это мелочь гастрономическая, в особенности — Великим постом… Но однажды в один из великопостных воскресных дней, после Литургии, кальмаров на обед почему-то не было. Не скажу, чтобы этот факт выглядел крайне печально или сокрушительно, однако вошедшие в привычку мелочи порой диктуют грешному человеку куда ему идти и что ему делать. В общем, во исполнение уже сложившейся традиции решил я разжиться кальмарами самостоятельно — хотя бы на ужин, потому как после обеда были еще занятия в воскресной школе, — и тем временем обычный мартовский стылый день начинал клониться к вечеру. Казалось бы, в наши-то дни кальмары являются вполне распространенным продуктом, но в первом магазине, куда я зашел, кальмаров не оказалось. Правда, кальмарный помысел, обуславливавший в тот день маршрут моих передвижений по магазинам, говорил, что кальмары в банках это "не комильфо", они слишком субтильны и затхлы в своем консервированном "собственном соку", им явно не хватает натуральной мясистости, в то время как я, недостойный иерей, с раннего утра понесший великие подвиги служения и научения, конечно же нуждаюсь в натуральном гастрономическом утешении. Именно этот чисто человеческий и понятный мотив понудил меня посетить несколько продуктовых магазинов подряд в поисках законного пищевого изыска. Но, на удивление, мороженных кальмаров (разделанных или не разделанных, тушкой или, на худой конец, порезанных кольцами) нигде не было.

Читать далее