Профессиональная принадлежность поглощает, захватывает человека. Священник, как правило (я это знаю и по своему опыту) служит не только от звонка до звонка (Литургию или другую службу), но и в другое время молится, переживает за тех людей, которые к нему приходят со своими бедами и нуждами. Иногда могут и среди ночи поднять: причащать умирающего и т.д. Часто нужно идти в больницу, соборовать там и т.д. Все это требует усилий и во внеурочное время. Иначе говоря, это и есть душепопечение. И чем это все измерить — в каких нормочасах или единацах? Если же священник большую часть своего времени будет занят другой профессией, то она потребует от него соответствующих навыков, умения, прилежания, обучения и т.д. Тогда и на душепопечение, молитву, сопереживание, помощь во внеурочное время вряд ли будут оставаться силы и вообще возможности. Священник тогда окончательно превратиться в наемника по оказанию религиозных услуг в учиненное время (например, отслужил Литургию, причастил желающих и пошел заниматься другими своими делами). На Западе так уже и есть, поскольку, по слову Макса Вебера, христианин там «по воскресным дням верит во Христа, а понедельника — в фондовую биржу». Так и со священством будет: по воскресным дням служим Литургию, а с понедельника — все на биржу. Это, в принципе, уже конец истории. Христианской, по крайней мере. Хотя пока что у нас в России народ еще жаждет исповедоваться, причащаться, собороваться, венчаться… не так ли?

Уже не первый раз и, по разным поводам, озвучивается вопрос: современный приходской священник должен где-либо ещё работать, то есть — зарабатывать на жизнь вне прихода — или должен, имеет правы быть полностью обеспечен за счёт своего прямого служения? Мол, в большинстве европейских стран уже давно так (имеющий светскую работу пастырь). Лично мое мнение: вся зависит от конкретной ситуации, точнее — от востребованности, прямой загруженности священника именно как священника. Если он вынужден служит почти каждый день, у него большое количество треб и других, связанных с храмом, благотворительностью и современным, что называется, миссионерством, дел, то весьма проблематично ему где-либо ещё пытаться добывать себе хлеб насущный. А если еще и при этом, при всех трудах праведных, он не может иметь приличного куска хлеба с маслом (постом — растительным) для себя и своей семьи, то это беда и — для него самого и для качества исполнения его прямого служения. Если же священник не шибко востребован, может спокойно служит раз-два в неделю, не более, и не слишком его, сверх того, куда-либо дергают, то вполне можно ему работать еще где-либо и не слишком относительно своего священство напрягаться. Быть спокойным, радостным, уравновешенным, толерантным. И все, значит, тогда довольны. А что? — не самый худший вариант на самом деле — священство в качестве хобби, в свободное от основных занятий время. И не слишком напряжённо. И никто косо не смотрят, не зовет мироедом, ни в чём не подозревает, а «мерседес», или, на худой конец — «ситроен», если он есть, тоже, типа, приобретен правильным, совершено не порицаемым образом… В общем, как говорится, благодать!

Иерархичность в наше время принято ругать. Ну, типа, у вас священство иерархическое, тогда как должно быть священство царское – весь народ и т.д. Боюсь, что здесь много смысловой путаницы. Что, в собственном смысле, нужно понимать под иерархичностью? На мой взгляд, исключительно функцию, а не онтологию. Это применительно к священству как таковому. Архиерей, иерей, диакон и мирянин онтологически все люди. Если мы скажем, что архиерей или священник в качественном отношении более человек, чем мирянин, то мы и впрямь фарисеи, точней – иудеи как религиозный тип, потому что именно иудеи считают, что им от Бога дана «особая душа», качественно отличная от представителей других наций или кровей.

Читать далее →

Православная эсхатология у многих в моде, потому что служит своего рода страшилкой, без которой жить как-то скучновато. Настоящая же эсхатология исполнена христианской радости, поскольку апостол говорит: «Ей, гряди, Господи Иисусе!» не со страхом, а именно что с радостью. И вообще нет и не будет никакого «конца света», поскольку это конец греховного и смертного качества бытия, тогда как будут новая земля и новое небо. Вычислять же даты конца света – тем более полная бессмыслица, поскольку человеческий календарь и не точен и относителен. Главный хронометраж – сама христианская жизнь, если и пока она есть. То есть, пока эта жизнь в нас есть, сроки отодвигаются. Чем больше эта жизнь оскудевает, тем ближе тот самый «конец света», о котором так много говорят разного рода сектанты и любители «духовных» страхований.

рассказывает Виталий Яровой на радио «Благовещение»:

Не надо забывать, что основное святоотеческое определение Бога в том, что Бог, прежде всего, Любовь. Да, именно, с большой буквы. Ад с точки зрения Любви это всё-таки лучшее место для человека, который не желает находиться в прямом общении с Богом, но желает оставаться наедине с самим собой. В этом смысле, как говорят святые отцы, «ад заперт изнутри», и Бог грешника специально никуда не посылает (это именно что самоопределение самого человека). Но, с другой стороны, участь некрещеных младенцев вряд ли определяется ими самими, поскольку они сам не имеют сознательного выбора – находиться им в общении с Богом или нет. Думается мне, что Бог по своей неизреченной Любви определяет их в лучшее для них место в вечности.

Господь каждого жаждет привести к Себе, к жизни вечной, цена этого — пречистая кровь Христова, стекающая с Его Креста, но конечный выбор остается за самим человеком. Нам же, считающими себя христианами и, стало быть, уже сделавшими выбор в пользу имени Христова, нет оснований сомневаться или колебаться ни во Христе, ни в отношении Его Церкви.

(У входа на территорию одного из многочисленных храмов скита св.Анны на Афоне).

Интересное дело, пишут, что в этом году Россия резко увеличила закупки пальмового масла, которое активно пихают не только в кондитерские изделия, но и в разного рода молочные продукты. В общем, травят нас как только могут. Будучи, кстати, в Греции, обратил внимание, насколько более качественны продукты в этом самом Еросоюзе, в частности те же консервы (большинство наших ни в какое сравнение не идут). Мне там пояснили, что имеющиеся у них стандарты достаточно жесткие и соблюдаются. Интересно, у нас они отсутствуют или недостаточно жестки или, в принципе, их не соблюдают? Нет, я понимаю, что все желающие могут выискивать среди имеющегося добра что-либо по-натуральней, ездить в деревню с целью закупки натурального молока и мяса, но это отдельная тема (да и хлопотно). А вот так, чтобы придти в обычный московский магазин и затариться вполне съедобными продуктами… скоро станет фантастикой?